Что такое благоговение и его значение в православии — православные молитвы

Почему непонятны православные молитвы

Что такое благоговение и его значение в православии - православные молитвыДарья Косинцева «Вот читал утренние молитвы, сначала читал на этом непонятном языке и не понимал никакого смысла, но читал. Но уже на второе прочтение захотелось понять, что там пишут. Я уже давно думал о том, что это важно настраиваться с утра на день, и как это сделать лучше кроме молитвы.

Но это должна быть осознаваемая молитва. Ты в ней должен пройти от связи с бесконечным до текущего дня. Грубо говоря, связать все цели, мечты, жизнь, смерть, и наполнить себя что ли благоговением на день. Пока на текущий момент я нашел на русском толкование этих молитв, и стал читать именно на русском.

Совсем другое понимание и другой интерес. Зачем мне мирскому (?) человеку читать молитву на этом церковнославянском? Иисус же по-простому доносил идеи до людей. А тут какая-то непонятность. Читаешь по-русски и понимаешь, что именно ты говоришь.

К кому обращаешься и чего просишь-то!»

Это муж во время моего отъезда решил духовно подрасти и делится своими первыми впечатлениями о церковнославянском языке (далее – ЦСЯ). Все откладывала пост про это, но вот появился повод.

Так уж получилось, что историю нынешнего языка богослужения я отлично знала, когда богослужение мне было совершенно неинтересно, – на своем гуманитарном факультете.

Этот пост посвящен удивительному парадоксу православия: пока православные молитвы переводятся на все языки мира, чтобы донести до людей невиданную мощь православной веры, в храмах России богослужение идет на нерусском языке. Более того – даже на языке из другой языковой группы, то есть гораздо более далеком от нас, чем, например, украинский или белорусский.

Некоторые верующие наивно полагают, что ЦСЯ – это «чистый, исконный, правильный русский». На самом деле это не русский и никогда им не был. Когда-то чуть больше 1000 лет появилась необходимость перевести богослужебные книги с греческого языка на язык, более доступный для понимания населению Руси.

Для этого были приглашены небезызвестные Кирилл и Мефодий, которые изобрели кириллицу, и с ее помощью перевели богослужебные тексты… на какой язык? А вот это интересно. На некий искусственный язык, который был основан вовсе не на древнерусском, а на болгаро-македонском (!) диалекте, который был роднее и ближе самим переводчиками. Сейчас он известен как «старославянский».

Ныне в восточной подгруппе южнославянской группы языков остались болгарский, македонский и как раз старославянский. А где же русский? – спросите вы. А он вообще даже в другой группе славянских языков – в восточнославянской. Надо заметить, что старославянский никогда не был ничьим живым разговорным языком, это был чисто книжный язык.

В течение следующих пары веков под влиянием живых славянских языков он несколько исказился, но с тех пор особо не менялся. В этом виде он известен под именем «церковнославянский». Приставка «церковно-» как раз подчеркивает тот факт, что нигде, кроме как в церкви, он никогда не использовался.

Вопрос – почему бы было не перевести на кучу реальных живых языков Руси? А потому, что переводческие возможности того времени были, ммм… несколько ограничены. Ни тебе словарей, ни кучи образованных переводчиков, ни гугл.переводчика, ни книгопечатания. Поэтому ЦСЯ стал вполне приемлемой мерой для того, чтобы сделать текст усредненно-понятным всему населению Киевской Руси.

А потом, по мере развития этих самых живых языков, он становился все менее и менее понятным… Особенно русским, учитывая, что древнерусский, от которого произошел русский, вообще был из другой языковой группой – с грамматикой и фонетикой, весьма далекими от болгаро-македонских.

То есть современный нам язык православного богослужения не только имеет мало общего с современным русским, но даже от древнерусского он очень далек.

С тех пор православное богослужение и молитвы переводились на кучу языков, но почему-то именно в РУССКОЙ Православной Церкви богослужение ведется до сих на нерусском языке, молитвословы пишутся на нерусском языке – традиция! А призывы говорить и молиться по-русски в Русской Православной Церкви считаются модернизмом и нарушением традиции.

Особенно меня в этой ситуации умиляют некоторые «русские православные патриоты», на страницах своих изданий буквально скандирующие «Долой русский язык!» о_О Эти люди явно очень любят русскую культуру, но мало что в ней понимают – что и приводит к таким забавным парадоксам. Для них, похоже, главное, чтобы потрадиционнее.

Да и в конце концов, в школе православные патриоты, как и все граждане РФ, изучали великий и могучий русский язык и знать не знают о каких-то там южноболгарских диалектах.

А узнай они правду – что будет?

Для меня совершенно непонятно, зачем так упорно дискриминировать «русский народ, носитель православия»? Иллюзии на тему, что ЦСЯ – это некий «поэтический стиль» русского, легко развеет любой филолог.

Да и что поэтичного во всех этих «бых»? Развеет филолог и миф на тему того, что под давлением богослужения современный русский язык облагородится и приблизится к ЦСЯ, а русские массово начнут на нем говорить в повседневной жизни, как якобы когда-то, когда деревья были выше, а нравственность в народе прочнее. ЦСЯ – это «усредненный язык», чисто утилитарный ход, чтобы смысл Библии донести до максимального количества людей, говорящих на разных славянских диалектах 1000 лет назад. Это разновидность «пиджинов» – смешанных языков общения для народов, не имеющих общего языка. Короче, язык из серии «Шпрехать на дойче» или «фейсом об тейбл». Для меня отказ говорить по-русски в церкви и молиться по-русски дома – это не просто дискриминация русских, но и неуважение к русской культуре и языку. В конце концов, с каких это пор русский язык недостаточно велик и могуч? Неужели он менее велик и могуч, чем македоно-болгарский диалект тысячелетней давности, или любой из мировых языков, или даже любой из языков малых российских народностей, на которых сейчас ведется православное богослужение?

Одно из распространенных заблуждений – что якобы переход на русский обеднит и исказит смысл церковнославянских текстов. Однако 1000 лет назад были только Кирилл и Мефодий с чернилами и бумагой, а сейчас куча образованных людей, технических средств и богатейшая церковная традиция.

Так в каких же условиях можно лучше передать смысл? Сейчас переводы всех текстов на русский уже есть, а у Церкви масса ресурсов, что все уточнить, согласовать, перевести максимально точно – разве это не более высокая миссия, чем сообща оберегать отжившие формы? Что потеряется от Божьего слова, если изменить все эти «бых» на «был»? Почему южноболгарский диалект 9-го века должен быть моим языком обращения к Богу? Зачем затемнять смысл? Ведь вся задача Церкви – прояснить Божье слово, сделать его максимально доступным людям. Приходилось мне слышать и про особую «божественность» ЦСЯ. Но вообще-то в церковнославянском никакой такой сакральности нет, Библия изначально была написана на древнееврейском, потом переведена на греческий, потом – на ЦСЯ. Перевод на русский будет просто очередным этапом этой длинной эволюции. На статус «божьего языка» может претендовать разве что иврит. Вот цитата из социальной концепции РПЦ: «Народ израильский говорил на одном языке, бывшем не только языком повседневности, но и языком молитвы. Более того, древнееврейский был языком Откровения, ибо на нем говорил с народом израильским Сам Бог». То есть Бог не стал говорить с евреями на каком-то непонятном им особом языке. Церковнославянский же явно не является языком Откровения, и языком повседневности тоже никогда не был. Но даже если бы он был особо «священным», в социальной концепции Русской Православной Церкви написано: «Евангелие Христово проповедуется не на священном языке, доступном одному народу, но на всех языках (Деян. 2. 3-11)» – так почему же не НА РУССКОМ? ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ПОНЯТЕН?

Некоторые утверждают, что ЦСЯ как-то «интуитивно почти» понятен. По-мне, так это уж очень большое «почти»… Например, в молитве перед вкушением пищи: «Господи, исполняеши всякое животное благоволение» – место, способное ввести в ступор без словаря. Где-то я встречала «налоги бесов», от которых просят спасти Богородицу. Так и представляю, как Богородица делает налоговые вычеты. В каноне Иисусу Христу есть место, где «праведницы возрадуются, а грешники восплачутся». А праведники что, не возрадуются? – может спросить себя недоуменный русский читатель. Он вообще-то не обязан знать, что это просто множественное число, а не женская форма. Грамматика – вообще отдельная тема. Непроизносимые формы перфектных времен, путаница с ударениями и падежными окончаниями (типа «Царю» – не дательный, а звательный падеж, о котором негуманитарий русский и слыхом не слыхивал). Перечислять эти штуки можно бесконечно, тысячи их. В смысле имя им – легион. Но… мыши плакали, кололись, но продолжали вкушать кактус.

Еще один прекрасный аргумент – мол, да, ЦСЯ непонятен, но каждый верующий должен продираться через церковнославянский и изучать его, чтобы познать Слово Божье – хочешь жить, умей вертеться.

Но это подход всяких мистиков и эзотериков! Христианская благая весть превращается в какое-то эзотерическое знание (буквальный перевод «скрытое»), которое специально затемнено и загадочно, доступно только избранным, непонятно простому человеку. Это в корне противоречит посылу «идите и научите все народы», убивает смысл «дара языков» и проч.

Причем такой подход применяется только и исключительно к русским – православные японцы или православные англичане, в отличие от православных русских, отлично понимают молитвы и богослужения, переведенные на их современные языки.

Знание ЦСЯ возвышает? Возможно. Но не более, чем знание стихов Пушкина наизусть или любое другое специальное знание, связанное с культурой.

Хорошо, конечно, знать грамматику старославянского, но вот только с христианством и Евангелием ничего общего это не имеет. Нет никаких оснований возводить знание ЦСЯ в ранг христианской добродетели. Кому нравятся все эти «аще» и «иже» – пусть поступает на филфак и наслаждается. В братских языках можно вообще найти много поэзии и пищи для размышлений.

Но зачем заставлять изучать все это обычного человека, который должен продираться к благой вести через эти «иже»? ЦСЯ – это язык, который непонятен – и не должен быть понятен – не-филологу, даже если он христианин. Христианин должен понимать текст Евангелия и молитв, а не ломать голову над всеми этими «быхами», отвлекаясь от духовного смысла молитвы.

Благая весть для русских обтянута всеми этими «бывльшами», как колючей проволокой. Допускаю, что это может нравиться только тем верующим, кто хочет оградить Бога как свою территорию, недоступную профанам (как фарисеи ограждали Библию от язычников). Но это в корне противоречит евангельской идее нести благую весть всем – и желательно так, чтобы эти «все» поняли.

Еще один аргумент сторонников ЦСЯ – да, ЦСЯ непонятен, но зато особо благозвучен для богослужения. Ну, во-первых, на вкус и на цвет товарища нет. По мне, так в этих «бых убо» благозвучие еще поискать… Я вот изучала старославянский язык, но, честно говоря, ни его красотой, ни поэзией особенно не прониклась.

Даже латынь и древнегреческий были мне симпатичней, чем все эти «бых» и «приидох». Может, уж лучше тогда выбрать для богослужения какой-нибудь гавайский, где сплошь гласные, поэтому язык очень напевный? Во-вторых, даже будь он в сто тыщ раз благозвучнее, чем русский, – он непонятен! Ни к какой красивости невозможно свести Красоту Божьего смысла.

Поэзия не в этих «бых», поэзия – в Правде слова Божьего. В греческом «вначале было слово» используется термин «логос», который скорее ближе к нашему понятию «смысл». Использование ЦСЯ – настоящий пример именно следования БУКВЕ, а не духу, «логосу», смыслу.

А тут натурально – «вначале была буква», и эта буква была церковнославянская, а смысл, «дух» этого слова – ну, может, потом со временем подтянется. Какой уж тут дух, если смысл не доходит. Как можно ради сомнительной «мелодики» отказываться от того, чтобы люди поняли слово Бога? Красота благой вести бесконечно выше красоты любого языка.

Напоследок самый вкусный аргумент, его часто приводят в виде истории о старце, который сказал отроку читать непонятные ему молитвы с обоснованием «ты не понимаешь, зато бесы поймут!». Еще помню, мама на полном серьезе передала мнение одной своей знакомой, что бесы стоят за плечом и при чтении молитв считают ошибки в ЦСЯ.

Но это же чистое язычество и магизм! Молитва из живого общения с Богом превращается в колдовской ритуал. Молитва и богослужение на полупонятном языке неумолимо превращаются из проповеди в какое-то камлание на эзотерическом тайном языке. Муж поделился совсем другим ощущением: «Мне кажется, Бог даже не понимает меня, когда я читаю на церковнославянском.

Ибо он через мое понимание текста должен понимать меня, наверное». По-моему, гораздо более убедительно, что Бог понимает и слышит именно движения души, которые происходят в ответ на молитву, а вовсе не язык, на котором она произносится. По-моему, Русская Православная Церковь сейчас в прекрасной ситуации: ей вообще не нужно изобретать никаких миссионерских изысков.

Достаточно для начала сделать язык, понятный русским, языком богослужения и молитвы. Разве задача Церкви – хранить культурную традицию? Если не ошибаюсь, основная задача Церкви – это все еще проповедь слова Божьего. Если бы традицию хранили 1000 лет назад, так даже на ЦСЯ никогда бы и не перевели – было бы у нас богослужение на греческом.

Но нет – придумали более-менее понятный населению ЦСЯ. Так почему сейчас богослужение можно перевести на корякский, но нельзя – на русский? Еще из социальной концепции: «Культурные отличия отдельных народов находят свое выражение в литургическом и ином церковном творчестве, в особенностях христианского жизнеустроения.

Все это создает национальную христианскую культуру». Но ведь именно ЦСЯ мешает сейчас формированию русской христианской культуры, ведь язык – одна из основ культуры. ЦСЯ изолирует молитву от культуры: ее сложнее интегрировать в поэзию, сложнее красиво цитировать в прозе, произносить в кино без оттенка «православной экзотики».

Вот опять же, муж пишет: «Молитва должна отражать настраивание на день, я бы дополнял её своими блоками в будущем. А как её дополнять если она на церковнославянском?» Застывшая форма ЦСЯ загоняет идеи и образы молитвы в какое-то ритуальное гетто, мешая им стать частью мыслей и разговоров людей в обычной жизни.

Читайте также:  Священное писание в православии - православные молитвы

Христианство само по себе – совершенно непривычное для современного человека, парадоксальное учение. Некоторые вещи по-русски не всегда объяснишь.

Зачем же дополнительно ставить человеку, пытающемуся понять Божье слово, палки в колеса? Что же мешает раз и навсегда разрешить эту проблему, утвердить соборно один разрешенный перевод и благословить всех желающих служить по-русски? Тогда ЦСЯ естественным образом останется в количествах, которых он заслуживает как культурная традиция, – в некоторых храмах, где филологи, а также любители благозвучия, экзотики и традиции смогут с ним познакомиться.

Почему же Церковь держится за ЦСЯ мертвой хваткой? Возможно, это какой-то «комплекс восстановления» после советской власти. Но тогда этот комплекс закрывает возможности для развития. Ведь восстанавливать что-то в формате столетней давности – это добровольно отбрасывать себя на эти 100 лет. ЦСЯ – это не евангельский принцип, не догма, не церковный канон, это просто временный инструмент, который был более-менее пригоден несколько сотен лет назад, но совершенно непригоден для этой цели сейчас. По мне, читать и слушать молитвы на церковнославянском – это все равно, что вдыхать живой воздух Божьего Слова через противогаз.



Источник: https://nenadoada.ru/kak_byt_khristianinom/pochemu_neponyatny_pravoslavnye_molitvy/

Значение молитвы

Неизмеримо значение молитвы для христианина. Она является наиболее действенным из средств для достижения цели жизни христианина — стяжания им Духа Святого Божия.

Прп. Серафим так говорит про это: «Всякая добродетель, Христа ради делаемая, дает блага Духа Святого, но более всего их дает молитва.

Ибо, например, захотели в церковь к службе Божественной сходить, да либо церкви нет, либо служба отошла; захотели вы нищему милостыню подать, да либо нищего нет, либо нечего дать; захотели вы девство или целомудрие соблюсти, да по сложению вашему или по усилию вражескому и по собственному бессилию и немощи человеческой — сил нет им противостоять; захотели бы и другую какую-либо добродетель ради Христа сотворить, да тоже или сил нет, или случая сыскать не могли. А до молитвы это уже никак не относится; на нее всегда возможность есть и богатому, и бедному, и знатному, и простому, и сильному, и слабому, и здоровому, и больному, и праведнику, и грешнику».

Вместе с тем молитва является и путем и средством для всех достижений христианина.

«Молитва — источник всего и всякого преуспеяния», — утверждает еп. Феофан Затворник.

А прп. Исаак Сириянин пишет: «Всякую вещь, малую и великую, должно нам в молитве испрашивать себе у Создателя своего».

Поэтому молитву надо считать самым важным из своих дел дня (если не считать дел милосердия), и, как говорил игумен Антоний Оптинский, «на молитву должно вставать поспешно, как на пожар».

По словам старца Захарии из Троице-Сергиевой Лавры: «Молитва — это начало вечной жизни, это дверь, через которую мы входим в Царство Небесное, это дорога, которая ведет нас и соединяет с Ним. Без молитвы человек не живет, а постоянно умирает, хотя и не сознает этого. Ничего из дел на земле нет более важного, чем молитва. Молитва рождает прочие добродетели».

Как говорит схиархимандрит Софроний: «Молитва есть вершина всех аскетических деланий: она есть центр, от которого всякое иное действие черпает свою силу и утверждение».

«Не может быть неудачно дело, начатое с молитвой, потому что оно начато с любовью, надеждой, верой», — пишет о. Александр Ельчанинов.

А Московский митрополит Филарет утверждает, что «душа, постоянно ищущая Господа и молящаяся, принадлежит Ему, несмотря на то, что нижняя чувственная область ее, иногда против ее воли, волнуется приражением и действием несродных ей сил».

И тот, кто хочет достигать в мире поставленных себе целей, тот не должен ослабевать в постоянной молитве.

Нам надо помнить всегда случай из жизни пророка Моисея: когда он держал свои руки поднятыми в молитве к Богу, то израильтяне побеждали амаликитян. Когда же его руки ослабевали и он опускал их, то начинали побеждать амаликитяне (Исх. 17, 11).

Да и каждый христианин, имеющий молитвенный опыт, знает, что за ослаблением молитвы всегда следуют недобрые последствия.

Как говорил старец Силуан: «Если человек не будет понуждать себя на (молитвенное) делание, то потеряет благодать, а если проявит свое произволение, то благодать возлюбит его и уже не будет оставлять.

Без молитвы как можно любить Господа? Но душа молящегося знает Духа Святого. Молитвою приходят к Богу… Молитва есть лучшее дело для души. Ею испрашивается смирение, терпение и всякое благо… Все святые и одной секунды не оставались без молитвы.

Когда не будет на земле молитвенников за весь мир, то пойдут великие бедствия и мир кончится».

Итак, кто хочет от всего сердца служить Господу, Его Церкви и ближним, все это он может сделать реально уже одной молитвой.

В том мире вечные мученья будут у людей от сознания, что они могли бы получить блаженство, если бы при жизни усердно молились и не дали бы себя увлечь рассеянию и мирской суете.

Молитва является и ограждением нашей веры. Как говорит о. Иоанн С: «Люди впали в безверие оттого, что потеряли совершенно дух молитвы, или вовсе не имели и не имеют его, короче — оттого, что не молятся.

Боголюбивая душа не может жить без молитвы, как мы не можем жить без воздуха, и любит ею заниматься более, чем каким-либо иным занятием. Сердце наше ежедневно умирает духовною смертью. Теплая слезная молитва есть оживление его, начинающееся дыхание его.

Если не молиться ежедневно с теплотою духовною, то легко скоро умереть духовно».

А епископ Михаил Таврический пишет: «Опыт молитвенного единения с Богом — столь неоценимое человеческое сокровище, что беречь его, охранять в себе и углублять есть первейшая задача личной нравственной жизни… Душа человека получает силу святой жизни только при условии молитвенного единения с Богом и пребывания в Нем умом и сердцем».

То же утверждает и о. Валентин Свенцицкий, который пишет: «Молитва должна быть главным делом жизни, остальное приложится».

Поэтому Оптинские старцы говорили: «Если пришло время молиться, то оставь всякое другое дело: молитва важнее всего».

Как пишет архимандрит Иоанн: «Казалось бы, какой трепет подлинной радости должно было бы вызывать сознание возможности непосредственного обращения в молитве к Единому, Истинному Царю неба и земли… Но мало и очень глухо сознают люди эту близость Божию».

Между тем, как говорит св. авва Евагрий: «Как тело наше по удалении души бывает мертво и смрадно, так и душа, в которой не действует молитва, мертва и смрадна… Бога надо вспоминать чаще, нежели дышать».

Схимонах Силуан говорит, что лишь с помощью молитвы можно достигнуть исполнения заповедей Божиих, так как «человек сам бессилен их исполнить».

Как мы знаем, одним из основных проявлений энергии христианина является борьба со злом как внутри себя, так и вне себя. И в этом случае главным оружием христианина является молитва.

Об этом так пишет схиархимандрит Софроний: «В пределах земной жизни, в этой сфере, предоставленной Богом для выявления не только положительных, но и отрицательных возможностей свободы, никто и ничто не может совершенно остановить проявление зла, однако молитва любви сильна весьма много изменить в ходе событий и сократить размеры зла может… Все благое, что исходит от Бога и возвращается к Богу, — неуничтожимо. Молитва есть одна из высочайших форм благого бытия, неуничтожимого, вечного. Эта та «благая часть, которая не отнимается» (Лк. 10, 42)».

По мнению схиархимандрита Софрония, значение молитвы в деле обращения к Богу может быть даже выше, чем проповеди.

Он пишет: «Кто познал на опыте величие и трудность христианского пути, тот раздирается двумя чувствами: одно из них — горячее желание всем познания Истинного Бога и света вечного бытия; другое — страх, а что если призванные не понесут тяготы испытаний? Вот почему он в большей мере обращается к Богу с молитвой о спасении всех и каждого, чем к проповеди».

Прп. Иоанн Лествичник дает такое всеобъемлющее определение значения молитвы: «Молитва, по качеству своему, есть общение и единение человека с Богом; а по действию своему — утверждение мира, примирение человека с Богом; матерь и вместе с тем дочь слез (покаяния и умиления), очищение от грехов.

Молитва — мост, проводящий через искушения; преграда для скорбей, прекращение напастей; ангельское занятие, пища всех бесплотных духов; будущая радость, бесконечное делание.

Молитва есть источник добродетелей, подательница дарований, невидимое преуспеяние (духовное); пища души, просвещение ума, прекращение отчаяния, показатель надежды, конец для печали, богатство иноков, сокровище безмолвников.

Молитва — уменьшение раздражительности; зеркало для (духовного) возрастания; показатель (духовного) возраста; обнаружение состояния (духовного), указание будущего и путь к постижению будущей славы. Молитва истинно молящегося есть предвкушение будущего суда Господня и величия престола Его».

А вот и еще глубокое определение молитвы, данное великим молитвенником о. Иоанном С: «Молитва есть возношение ума и сердца к Богу, созерцание Бога, дерзновенная беседа твари с Творцом, благоговейное стояние души пред Ним как пред Царем и самой Жизнью, дающей всем жизнь; забвение для Него всего окружающего.

Молитва — пища души, воздух, свет, животворящая теплота ее, очищение грехов — благое иго Христово, легкое бремя Его.

Молитва — постоянное чувство своей немощи, или нищеты духовной, освящение души, предвкушение будущего блаженства, блаженство ангельское, небесный дождь, освежающий, наполняющий и оплодотворяющий землю души, сила и крепость души и тела, очищение и освежение мысленного воздуха.

Молитва — просвещение лица, веселие духа, златая связь, соединяющая тварь с Творцом, бодрость и мужество при всех скорбях и искушениях жизни, светильник жизни, успех в делах, равноангельское достоинство, утверждение веры, надежды и любви. Молитва — сообщество с ангелами и святыми, от века Богу угодившими.

Молитва — исправление жизни, мать сердечного сокрушения и слез; сильное побуждение к делам милосердия. Молитва — безопасность жизни; уничтожение страха смертного; пренебрежение земными сокровищами; желание небесных благ; ожидание всемирного Судии, общего воскресения, жизни будущего века; усиленное старание избавиться от вечных мучений.

Молитва — непрестанное искание милости (помилования) у Владыки; хождение перед очами Божиими; блаженное исчезновение пред Всесоздавшим и Всеисполняющим Творцом; живая вода души. Молитва — вмещение в сердце всех людей любви; низведение неба в душу; вмещение в сердце Пресвятыя Троицы, по сказанному: «К нему приидем и обитель у него сотворим» (Ин. 14, 23)».

Об исключительном значении молитвы так говорит и современный нам богослов — архиепископ Иоанн (Шаховской): «Свободной, честной мыслию своей, верой как высшей духовной интуицией и молитвою человек может пройти мгновенно все то расстояние, которое отделяет его от Бога. Молитва есть истинное питание духа и оживление бессмертного существа в человеке.

Она есть высшее просвещение человека.
Кто хочет молиться Богу, тот найдет молитву, и кто найдет ее, никогда не оставит, потому что нет большего блага и счастия для человека, как говорить с Господом, — осознавать и чувствовать свое живое, личное общение с Творцом, бесконечной Любовью и Правдой.

По Его любви и правде томится всякий человек, не угасивший до конца своего духа».

Отрывок из книги: Современная практика православного благочестия

Источник: https://krasnov.tv/znachenie-molitvy/

Сущность молитвы

Молитвой называется обращение священнослужителя или верующего человека (мирянина) к Господу Богу Нашему, к Богородице или к Святым угодникам Божьим. Такое обращение содержит в себе просьбу о ниспослании милости, защиты от зла, или состоит из благодарности и восхваления.

В православии понятие молитвы формулируется так: “Молитва есть благоговейнейшее обращение ума и сердца нашего к Богу, Которого при этом мы просим о чем-либо или благодарим и прославляем” (”Объяснение символа веры молитв и заповедей” составил протоиерей Григорий Чельцов, издание сорок шестое, Синодальная типография, Петроград 1917). В Священном Писании сказано: “И буду Вам Отцем, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель” (2Кор.6:18). Поэтому во время молитвы, мы, верующие, обращаемся к Богу, как к своему родному Отцу Небесному. Такое обращение к Богу и есть молитва.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ФОРМИРОВАНИЕ МОЛИТВЫ

Молитвы в религиозно-культовой практике известны со времен язычества. Языческие молитвы отличались пространностью и маломыслием. Такие молитвы осудил сам Иисус Христос и дал образец молитвы: “Отче наш”. Еще в Ветхом завете имеются указания на совершение молитв.

Но такие молитвы не имели точных формулировок. Впоследствии, во времена, наступившие после первого изгнания евреев, в иудейском культе были установлены строгие правила, определяющие совершение молитвы.

Внешняя форма молитвы: коленопреклонение, возведение рук и другие атрибуты перешли из иудейского культа в христианский.

Впоследствии в христианстве, на основе учения Спасителя и Апостолов, церковью были разработаны единые для всех правила совершения молитв, которые применяются как в общественном, так и в домашнем богослужении. Обычай осенять себя крестным знамением во время совершения молитвы верующие люди стали применять со времен апостольских.

Читайте также:  Молитва святому николаю чудотворцу на удачу в торговле и бизнесе - православные молитвы

КАКИЕ НАРУЖНЫЕ ДЕЙСТВИЯ УПОТРЕБЛЯЮТСЯ ВО ВРЕМЯ МОЛИТВЫ?

Во время молитвы православные христиане применяют поклоны, коленопреклонения и крестное знамение. Во время богослужения священники используют поднятие рук.

В КАКОЙ ПОЗЕ НУЖНО МОЛИТЬСЯ?

В православном храме нет скамеек для повсеместного сидения и молитвы совершаются стоя, или в коленопреклоненной позе, чем выражается трепетное почтение и уважение к Богу со стороны верующих людей. Только больные и старые люди могут молиться сидя.

ВИДЫ МОЛИТВ И ИХ КЛАССИФИКАЦИЯ

В современном христианстве молитвы делятся на два типа: мысленные и словесные. Мысленная молитва — представляет собой восхождение человеческого разума к Богу, восхождение, выражающееся в виде активной работы мысли и чувств.

В православии словесная молитва представляет собой устное обращение к Богу в виде разработанных церковными деятелями и освященных церковью словесных формулировок.

Но после прочтения текста молитвы человек может добавить свои просьбы, чаяния и восхваления.

В православии указывается на то, что молитва, имеющая определенный установленный церковью текст, более близка к Богу потому, что: такой словесный текст составляется Божьими Угодниками по наитию Божьему (по вразумлению Свыше), которое было дано этим людям Богом за их праведность, в отличии от человека, обремененного грехом и импровизирующего на ходу текст молитвы; церковное освящение, лежащее на едином для всех тексте молитвы, усиливает перед лицом Бога молитвенное обращение человека.

Поэтому в православии основными источниками текстов для составления молитв является Псалтырь, Святое Евангелие и молитвы, написанные Божьими Угодниками.

Словесная молитва, в зависимости от условий, в которых она совершается, бывает трех видов:
молитва коллективная, общественная; коллективная семейная; индивидуальная.

Красноречивым примером коллективной общественной молитвы в православии литургия. Коллективная общественная молитва характеризуется осуществлением моления в присутствии незнакомых людей. Такое моление обычно совершается в Храме Божьем. Коллективная семейная молитва осуществляется совместно с членами семьи и родственниками обычно в частном доме.

При коллективных молитвах желательно одновременное произнесение слов, а также одновременное осуществление коленопреклонений и осенение себя крестным знамением и т.д. Примером коллективной домашней молитвы является молитва, читаемая всей семьей перед принятием пищи.

Особым видом молитвы является индивидуальная молитва, которая произносится человеком в тишине и уединении без свидетелей. Индивидуальная молитва представляет собой сокровенное обращение молящегося человека к Богу. Такую молитву можно осуществлять в церкви, в часы её малого посещения, или у себя дома.

Именно о такой молитве сказано: “Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему” (Матф.6,6).

По своему содержанию молитвы бывают: покаянные, просительные, хвалебные и благодарственные.

Так как человек грешен перед Богом, то поэтому перед тем как обратиться к Богу с какой либо просьбой, нужно сначала покаяться, а затем уже просить у Бога об удовлетворении наших нужд. Поэтому покаянная молитва должна всегда идти перед просительными молитвами.

Покаянная молитва читается также после того, когда мы вынужденно или нечаянно сделали нехороший поступок. За свои прегрешения мы должны просить у Бога прощение и раскаяться в совершенном грехе.

Молитва, в которой мы каемся в своих грехах, называется покаянной. Примером такой молитвы является “Молитва Иисусова”.

Вот её текст: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного и защити от всякого зла”. Во время чтения этой молитвы верующий человек осеняет себя крестным знамением.

Если с человеком происходят какие-либо неприятности или несчастья, он обращается к Богу с просьбой о помощи.

Молитва, в которой верующий человек просит Бога, Богородицу или Святых Угодников помочь ему, называется просительной. Вот пример такой молитвы: “Боже, будь милостив ко мне грешному”. Или вот самая краткая молитва к Божьей Матери: “Пресвятая Богородица, спаси нас”.

Если же Бог, Богородица или Святые Угодники услышали нашу молитву, помогли нам, исполнили нашу просьбу, то мы должны обратиться к ним с благодарственной молитвой.

Поэтому такая молитва, в которой мы выражаем свою благодарность за помощь, оказанную нам, называется благодарственной.

Вот пример такой молитвы: “Благодарим Тебя Христе Боже наш, что напитал нас Твоими земными благами, (пищею). Не лиши нас и вечного блаженства”.

Если мы и наши близкие имеют здоровье и благополучие, если у нас есть одежда, жилье и пища, то мы должны прославить и поблагодарить Господа Бога нашего в наших молитвах за удовлетворение нужд нашей жизни.

Молитва, в которой мы благодарим и восхваляем Бога за Его любовь и щедрость к нам, называется хвалебной. Вот пример такой молитвы: “Слава тебе, Боже наш Слава тебе”. Это хвалебная молитва Господу Богу Нашему.

ГДЕ И КОГДА МОЖНО МОЛИТЬСЯ БОГУ?

Так как Бог находится везде, то и молиться Богу можно всегда и везде и во всяком месте. В доме, в пути, в храме. Однако предпочтительней молиться в храме, так как храм есть Дом Божий и Дом Молитвы. Молиться же надо при всяком удобном случае.

Так, например, молиться надо перед совершением каждого дела и после его выполнения. Обязательно нужно молиться перед учением и после него, перед вкушением и после вкушения пищи. Утром, когда встаем с постели и вечером, когда ложимся спать.

Несмотря на то, что молиться можно везде и в любое время, православные христиане используют для своих постоянных молитв особое место, чаще всего это Храм Божий, или в домашних условиях, находясь перед иконами, которые помогают сосредоточить мысли человека на Святом, на Боге.

В воскресные дни, в праздники и в будни мы обязательно должны находить время для молитвы. И хотя бы раз в неделю, желательно по воскресеньям, посещать Храм Божий для совершения молитвы.

КАКОВА ДОЛЖНА БЫТЬ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ МОЛИТВЫ?

Иисус Христос проводил в молитве много времени. Евангелист Лука рассказывает: “В те дни взошел Он на гору помолиться и пробыл всю ночь в молитве к Богу” (Лук.6:12). Если коллективные молитвы, в виде литургии или мессы, можно измерить временем, то индивидуальную молитву человека к Богу минутами измерить нельзя.

Но в христианстве есть некоторые общепризнанные советы, которые указывают, до каких пор следует молиться. Советы эти выводятся из той формулы, что молитва есть дыхание души. И что молитва – это контакт души человека с Богом. Вот эти советы.

Молиться нужно до тех пор: пока душа не почувствует величие Божие; пока молящийся человек не будет твердо знать, что Бог дал ему необходимую силу и мудрость; пока не исчезнет ощущение душевной пустоты и пока молящийся человек не почувствует душей помощь и поддержку Божью; пока не возникнет уверенность в том, что Бог простил грехи Ваши; пока не обдумаете нужды всех родственников, друзей и свои собственные.

КОГДА БОГ СЛЫШИТ НАШУ МОЛИТВУ?

Бог, поскольку Он Вездесущ, слышит все наши молитвы. Однако относится к ним по разному.

Для того, чтобы Бог принял нашу молитву, внял ей и исполнил заключенную в ней просьбу, нужно придерживаться определенных правил, рекомендованных в православии: Перед тем как приступить к молитве, мы должны, прежде всего примириться с теми людьми, которым мы причинили зло или нанесли обиду.

И только после совершения такого примирения, с благоговением и вниманием нужно стать на молитву. Во время совершения молитвы мы должны ум свой сосредоточить на Боге и не рассеивать свое внимание по сторонам и избегать посторонних мыслей.

Во время молитвы чувства и мысли наши должны быть направлены на то, чтобы как можно лучше совершить молитву. То есть молиться надо горячо, искренне и от чистого сердца.

Если перед совершением молитвы мы не примиримся с ближними и во время совершения молитвы будем разговаривать и смеяться, и молиться будем неспешно и небрежно, то такая молитва будет неугодна Богу.

И как принято говорить, Бог не примет и не услышит такой молитвы, более того даже может наказать за кощунство.

ПОЧЕМУ ПОРОЙ БОГ НЕ ОТВЕЧАЕТ НА НАШУ МОЛИТВУ?

Для того чтобы Бог не услышал нашу молитву, есть много причин, которые порой заключены в нас самих. Вот некоторые из них: Наспех произнесенная молитва, произведенная как тяжелое бремя. Когда во время молитвы мысли рассеяны и вы думаете о посторонних вещах.

Апостол Павел говорил о молитве: “Стану молиться духом, стану молиться и умом” (1Кор.14:15). Молитва, произнесенная без веры и чувства.

Когда молящийся не хочет расстаться с так называемыми излюбленными грехами, которые ему приятны, и в таком случае поступает вопреки Библии, в которой сказано: “Жертва нечестивых — мерзость пред Господом, а молитва праведных благоугодна Ему” (Притч.15:8).

Когда молящийся просит, например, об успехе в торговле, которой занимается, а деньги, полученные от успешной торговли использует для деланья зла. Когда молитва носит эгоистичный характер. Когда молитвы бывают неправедными. Например, когда вы хотите сделать злое дело, смошенничать и просите Божьей помощи в этом.

“Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений” (Иак.4:3). Когда исполнение нашей просьбы обернется нам во вред и Всезнающий Бог знает об этом, и нам во благо не допускает исполнения нашей молитвы.

Когда молитвы направлены на достижение тщеславных целей и служат умножению гордости человека. Когда молитвы человека самонадеянны и дерзки. Когда мы в молитве просим о прощении, а сами не желаем прощать обидчиков наших. Когда мы проявляем нетерпение к исполнению просьбы, находящейся в молитве. Очевидно, неисполнением нашей просьбы Господь дает возможность нам как следует поразмышлять над ней и отказаться от своей просьбы, если она является вредной для нас и недостойной.

Когда просим Бога о том, чтобы сделать что-либо незначительное, такое, что можем сделать сами.

КОМУ КРОМЕ БОГА МЫ ДОЛЖНЫ ЕЩЁ МОЛИТЬСЯ?

Кроме Господа Бога нашего, мы должны молиться Божьей Матери, Святым Ангелам, особенно своему Ангелу-Хранителю, и Святым Угодникам Божьим. И особенно тому Святому, имя которого мы носим. Однако молимся мы указанным Лицам не так, как молимся Господу Богу.

А молимся как к ходатаям нашим перед Богом, которые просят помиловать нас грешных в своих молитвах, и эти молитвы они направляют к Богу. Они могут помочь нам, потому что близки к Богу по причине своей святости, и их молитва сильна перед Богом Вседержителем.

“Многое может усиленная молитва праведного” (Иак.5:16).

КАК ПРАВИЛЬНО НУЖНО МОЛИТЬСЯ?

Правильно исполненная молитва должна производиться с усердием, вниманием и благоговением перед Богом. Молитву нужно произносить ясно, понимая смысл её слов. Для того чтобы избежать рассеянности, во время молитвы нужно придерживаться определенных правил: Молиться нужно вслух. Это сосредотачивает мысль на словах.

В Евангелии упоминаются молитвы Иисуса Христа, произнесенные Им вслух. Молиться нужно конкретно называя грехи, сделанные вами, взывая к Богу о помощи, конкретно указывать на свои нужды. Для того, чтобы молитва была ясной и точной, необходимо умножать свои духовные знания.

Для этого нужно углубленно изучать Библию и церковный опыт, размышлять о Слове Божьем, о праведности и Святости Бога. Это позволит нам сделать молитву понятной и лучше её сказать Богу, и намного больше сказать о себе и своих нуждах во время нашей молитвы. Во время молитвы не следует забывать о том, что Бог незримо присутствует рядом.

Поэтому молитву нужно произносить с трепетным почтением к Тому, Кому она относится. Применение постов делает молитву более сильной. Сам Иисус Христос давал советы об этом.

Произносить молитву нужно осознанно и с чувством, взвешивая смысл каждого слова.

КАК МОЛИЛСЯ ИИСУС ХРИСТОС?

У Христа не было Своего дома где бы Он постоянно жил, так как Он все время путешествовал. И не смотря на то, что за Христом следовали большие толпы народа, Он всегда находил спокойное уединенное место для молитвы.

Лука пишет: “Он уходил в пустынные места и молился… В те дни взошел Он на гору помолиться и пробыл всю ночь в молитве к Богу” (Лук.5:16; 6:12). Евангелист Матфей пишет: “И, отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине; и вечером оставался там один” (Матф.14:23).

“А утром, встав весьма рано, вышел и удалился в пустынное место, и там молился (Мар.1:35).

О ЧЕМ И КАК НУЖНО ГОВОРИТЬ В МОЛИТВЕ?

Молитва — это дыхание души человеческой. Молитва жизненно необходима для христианина. Приступая к молитве, человек должен помнить о том, что молитва — это контакт человека с Богом.

И как пишет Библия: “Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи” (Евр.4:16).

Поэтому во время молитвы человек должен держаться благоговейно, с почтением и почтительно произносить слова, обращенные к Богу, как об этом пишется в Библии: “Будем служить благоугодно Богу, с благоговением и страхом” (Евр.12:28).

Произносить молитву человек должен со смирением, но без лицемерия. В молитве прежде всего нужно просить Господа о прощении своих грехов. Во время молитвы и до неё нужно прощать обидевших вас ближних, и тогда Господь простит грехи ваши.

Во время молитвы нужно говорить с Богом о всех своих сокровенных помыслах и мечтах, о своих нынешних делах и планах на будущее.

Во время молитвы нужно просить Господа о том, чтобы Он помогал вам в жизни защищаться от соблазнов и врагов и ниспослал удачу во всех ваших делах.

Читайте также:  Молитвы преподобного ефрема сирина - православные молитвы

Молиться нужно искренне. Но в первую очередь нужно молиться о том, чтобы Господь наставил человека на путь истинный, помогал исполнять Волю Божью и жить по законам Божьим, и даровал нам спасение души и Царство Небесное.

КАК НУЖНО НАЧИНАТЬ И ЗАКАНЧИВАТЬ МОЛИТЬСЯ

Перед совершением молитвы надо несколько минут побыть в тихом размышлении перед Богом и достичь молитвенного сосредоточения. После совершения молитвы и после того, когда вы произнесли слово “Аминь”, не спешите сразу вскакивать с колен на ноги и удаляться, а побудьте ещё пару минут в молитвенном размышлении, для того, чтобы почувствовать, что Господь услышал моления ваши.

  • Молитва «Отче Наш»
  • О чем можно просить Бога в молитве?

Источник: https://www.molitva.gr/2009/07/sushhnost-molitvy/

Что такое благоговение и его значение в православии

В православии нет мелочей, каждое действие и слово имеет свой смысл. Слово «благоговение» со временем потеряло истинное значение, вне христианской тематики оно мало где применяется. Люди, окунувшись в суету жизни, легко забыли, что значить благоговеть перед кем-то или чем-то. Благоговению не учат в школах и современных семьях, мало кто может объяснить истинный смысл этого слова.

Что такое благоговение

Благоговение — трепетное состояние души, при котором возникает духовная чуткость и появляется Божий страх при осознании присутствия рядом Святого Духа. Трудно одним словом передать значение этогй черты характера. В нем соединилось уважение и почитание, культ и преклонение, обожание и почтительность.

Благоговение — это страх Божий, внутренняя скромность, духовная чуткость

Благоговение может возникать в разных ситуациях, но чаще все его испытывают в храме или во время домашней молитвы, когда приходит осознание:

  • цены, уплаченной за спасение;
  • величия Творца;
  • силы Крови Иисус.

Важно! Благоговение свойственно только искренним, благодарным людям. Святыми отцами свойство человека благоговеть перед Божьим присутствием названо добродетелью.

Святые отцы о благоговении

По словам Паисия Святогорца, благоговение является необходимой чертой характера не только монахов, но и истинных христиан. Святой Паисий учил отличать благоговение от благочестия, когда все делается хорошо, но при этом не всегда прилагается разум и сердце.

Преподобный Паисий Святогорский

Благоговеющий перед Господом человек наполнен радостью, от него исходит особое внутреннее тепло.

Святой Святогорец подчеркивал, что без страха Божьего, внутренней скромности и духовной четкости пребывать в благоговейном состоянии невозможно. Христианин, вкусивший состояние благоговейности, отличается тонкими и аккуратными движениями, ощущая около себя постоянное присутствие Ангелов, Творца и святых.

В уме благоговеющего человека постоянно живет уверенность, что его тело — храм Бога Живого, нашего Спасителя, Иисуса Христа. Такой человек с почтением относится к иконам и Святому Писанию, никогда не будет использовать печатное издание, на котором написано имя Господнее, для своих хозяйственных нужд.

Простым примером благоговения могут служить христианки, которые с радостью и великим почитанием выполняют самую черновую работу в храме, а при этом их лица светятся от радости особой теплотой, ведь они служат Самому Богу, считая это за честь.

Составная часть особого почитания — смирение

Особое почитание, трепетное состояние в ощущении присутствия Божьего невозможно достигнуть без истинного смирения и покорности. В послании пророка Исайи, в 66 главе говорится о том, что Господь заботится о тех, кто беден и смирен. Кроткие и благоговеющие перед престолом Всевышнего, иконами святых наполнены Божьей благодатью.

Смиренный человек имеет Божье благословение

Благоговение невозможно привить детям, если родители не служат для них примером истинного послушание и смирения. Благоговеющий отец и мать, которые в смирении и послушании с радостью соблюдают посты, и искренне молятся перед святыми образами, сеют в своих детях семена истинного поклонения перед Всевышним.

При особом поклонении Творцу отсутствует спешка, смятение, такой христианин всегда обладает упорядоченным внутренним миром. Благоговеющий человек четко осознает, что каждый его шаг, любая мысль или действие находятся под контролем Творца.

Христианин, наполненный благоговением, покрыт благодатью Творца, окружающие ощущают в его присутствии удивительную радость, умиление и покой. Углубление в познании христианских ценностей, постоянное пребывание в постах и молитве рождает в человеке благоговейное состояние.

Важно! Для благоговеющего человека свято как посещение храма, Святые дары, так и молитва, поклонение иконам. Все, в чем есть присутствие и касание Творца, вызывает слезы умиления, радости и почитания у благочестивого христианина.

Что такое благоговение?

Июл 17, 2018 22:19Администратор

Источник: http://molitva-info.ru/duhovnaya-zhizn/blagogovenie-v-pravoslavii.html

Благоговение — основа сердечной любви / Православие.Ru

Такому чувству, как благоговение, редко уделяется внимание в проповедях, книгах для современных христиан. Возможно, потому, что объяснить его обратившемуся от нецерковной жизни человеку очень трудно: не принято в нынешнем мире перед чем-либо благоговеть, не учат этому с детства.

Поэтому нередко под благоговением понимают всего лишь правильное, каноничное отношение к священным предметам, тогда как на самом деле смысл этого понятия намного глубже.

О том, как приобрести благоговейное чувство к Богу и чем опасно его отсутствие, мы говорим с игуменом Нектарием (Морозовым).

В центре мира

    

— Батюшка, понять, что такое благоговение, можно, наверное, только из собственного опыта: страх, уважение, трепет, почтение — ни одно из этих слов не раскрывает это понятие в верном ключе. А как нужно этот опыт приобретать, с чего начинать?

— Наверное, начинать нужно с самого простого: когда человек приходит в храм, который является местом особого Божественного присутствия, ему нужно всегда помнить, что он заходит не просто в какое-то здание, не в чью-то квартиру, а туда, где большее, нежели обычно, значение приобретает все, что он думает, что он говорит и делает.

Конечно, каждый из нас в течение всей жизни находится перед взором Бога, но в храме — особенно. Мне неоднократно приходилось наблюдать, как люди нецерковные, едва-едва верующие, входя в храм, замирали буквально как дети, испытывая те самые священный трепет и благоговение, о которых мы говорим.

Им никто никогда не объяснял, что здесь нужно так себя вести, так себя чувствовать,— это идет изнутри, из глубины. То есть вообще человеку, в храм приходящему, это чувство бывает присуще.

То же самое происходит со священником по рукоположении: когда он сам становится перед престолом и начинает совершать Евхаристию, то испытывает те же самые непередаваемые чувства. Но потом постепенно может наступить то, что именуется привыканием к святыне.

Как это происходит? Скажем, человек в храме делает что-то не так — и видит, что гром не гремит, молния в него не бьет, какая-то неисцелимая болезнь тотчас же его не поражает. И он начинает себя чувствовать как-то спокойнее и прохладнее. Если раньше он, образно говоря, открывал дверь храма с некой боязнью, то теперь может и ногой подтолкнуть.

Все то же самое происходит и в отношении молитвы: первоначально, вставая молиться, человек ощущает нечто необычное для себя, ведь обыкновенно он с людьми разговаривает, а здесь ему предстоит беседовать с Богом. И вначале опять-таки бывают какие-то особые переживания в связи с этим, а потом, по мере привыкания, благоговение постепенно утрачивается.

— Что может человека от этой утраты хотя бы отчасти сохранить и что, наоборот, ускоряет этот процесс?

— Считается — и у многих святых отцов мы можем это найти — что одним из самых гибельных для человека внутренних проявлений является дерзость. Это некое состояние, под влиянием которого человек ведет себя так, как если бы никто не видел и не оценивал его слов и действий.

Мы знаем, как проявляется дерзость в общении с людьми: человек кого-то хлопает по плечу, или называет, так сказать, в шутку каким-то словом на грани бранного, или перебивает, кричит. Мы также знаем, как проявляется дерзость на дорогах — как человек может дерзко себя вести, находясь за рулем.

И точно так же дерзость может проявляться и в отношениях с Богом, когда человек наедине с Ним и с самим собой.

И вот от такого поведения сердце человека может стать настолько сухим, что он и Бога перестает чувствовать: святые отцы уподобляли дерзость жгучему ветру из пустыни, который выдувает из души все живое, иссушивает всю живительную влагу. Конечно же, благоговение из подобным образом расположенного сердца уходит.

Очевидно, что для того, чтобы этого избежать, человек должен все время жить с ощущением того, что Господь его видит.

Нужно постоянно задавать себе вопрос: а как Господь оценит мое слово, действие? Таким образом мы даже не то что работаем над собой — мы, скорее, просто осознаем реальность, потому что Господь действительно в каждое мгновение нашей жизни нас видит.

Если это побуждает человека быть осмотрительнее, дисциплинирует его, он будет сохранять благоговение — может быть, даже как-то дополнительно в этом преуспевать. Если же это вызывает только панический страх или подавленность, если человек не заботится о том, чтобы быть внимательнее к себе, то, безусловно, благоговейное чувство ему сохранить не удастся.

— Как не утратить благоговейное чувство в храме тем, кто в нем работает, для кого это место не только молитвы, но и каких-то дел, причем повседневное?

— Иногда приходится наблюдать, как человек зашел в храм — ему что-то нужно сделать, к кому-то подойти — повесил одежду на крючок и тут же куда-то побежал. Конечно, должно происходить все совершенно иначе: человек зашел в храм, остановился, подумал о том, где он находится — по большому счету, в центре всего мира, потому что центр мира — там, где совершается Евхаристия.

Во многих молитвословах, особенно старого издания, писалось: не приступай к молитве тотчас, но постой, дондеже утишатся твои чувства. И здесь точно так же — надо остановиться и подождать, пока утишатся чувства,— понять, где ты, перед Кем ты, с чем ты сюда пришел и опять-таки в каком состоянии ты находишься.

Если все это постоянно пропускать и пробегать, то от благоговения и следа не останется у человека.

Основа богопознания

— Мне как-то встретилась цитата святителя Афанасия Великого, где он говорит о благоговении как о состоянии, необходимом для богопознания. То есть без этого чувства, собственно, человек и Бога познать не в состоянии?

— Это действительно так. Молитва, в собственном смысле, возможна только тогда, когда человек, с одной стороны, ощущает бездну, разделяющую его и Бога, а с другой стороны — ощущает, что Господь очень близко и слышит его.

И благоговение как раз таки поставляет человека в то положение, из которого можно молиться, а без благоговения молитва для него превращается всего лишь в некий набор информации, которую он озвучивает. Человек начинает пытаться разговаривать с Господом на равных, а это невозможно, потому что не равен человек Богу.

И то, о чем пишет святитель Афанасий Великий, другими словами выражает преподобный Исаак Сирин, который говорит о том, что смирением открывается таинство — таинство Божественной жизни. Смирение и благоговейное чувство — это вещи неразрывно связанные. Смиренный человек благоговеет, благоговейный — смиряется.

У пророка Исайи есть такие слова: на кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих (Ис. 66, 2). Если человек в таком состоянии находится, то Господь милостиво взирает на него, если он это состояние разрушает, то в другом совершенно положении по отношению к Богу оказывается.

Так что здесь есть такой очень сильный стимул: если ты хочешь, чтобы Господь милостиво взирал на тебя, будь кротким, смиренным, трепещущим словес Божиих, то есть благоговейным.

— Как прививать благоговение детям? Наверняка этот вопрос многих интересует…

— Благоговение невозможно «прививать» в отрыве от собственно жизни религиозной.

Когда родители молятся сами и для них естественно то, что мы называем богобоязненностью, они и ребенку с самого раннего возраста дадут здравое понимание того, Кто есть Господь и в каких отношениях находится с Ним человек.

И безусловно, воспитание благоговения — это не внушение ребенку того, что если он будет плохо себя вести, то Бог его накажет. Благоговение входит в жизнь ребенка, когда он видит благоговеющими своих родителей. Тогда он и сам будет таким.

— Каким образом против благоговения работает враг?

— Как я уже сказал, когда мы куда-то спешим и таким образом какие-то очень важные для себя вещи не продумываем глубоко, благоговейное чувство теряется. Вот это состояние — смятения, спешки — и старается всячески усилить враг.

Преподобный Исаак Сирин называет смятение колесницей диавола, на которой он въезжает в душу человека со всеми мыслимыми и немыслимыми страстями.

Когда же у человека упорядоченный внутренний мир, он очень многих ошибок не совершает, и разрушить его благоговейное чувство врагу не удается.

— А если все-таки разрушение произошло и сердце, захваченное суетой, не испытывает ни трепета, ни умиления?

— Есть такой момент, не все о нем знают: ум человека устроен таким образом, что стоит замедлить в какой-то мысли, начать всматриваться во что-то, и это проявляется, становится актуальным в сознании. К примеру, человек знает, что есть смерть, что она его настигнет. И бежит дальше как ни в чем не бывало.

Но достаточно бывает сказать себе: «Нет, остановись на этой мысли» и всерьез себе это представить, как сердце уже начинает откликаться. Это подобно тому, как кусок фотобумаги нужно сначала положить под фотоувеличитель, а потом в проявитель — и там, в проявителе, какое-то время подержать.

И потом вдруг это явление, эта реальность духовная, о которой мы размышляем, с полной ясностью входит в нашу жизнь, и мы ощущаем силу мысли об этом. Вот то же самое и здесь. Нужно жить с осознанием того, что Господь тебя сейчас видит? Остановись, скажи себе это. Замедли в этой мысли — на десять секунд, минуту, две минуты.

И постепенно, раз за разом, ты будешь чувствовать, как происходят изменения.

Газета «Петропавловский листок» № 01, январь 2016 г.

Источник: http://www.pravoslavie.ru/90493.html

Ссылка на основную публикацию